Иосиф сказал сыновьям, чтобы они закончили свои дела, если таковые еще остались, и отправлялись спать.

Сам же он, поскольку тоже начал ощущать усталость в членах, сразу отошел ко сну.

Так был завершен этот день, насыщенный событиями.

На следующее утро наш Иосиф, как обычно, задолго до восхода солнца был уже на ногах и разбудил также сыновей для работы.

Ибо он говорил: «Утренний час – золотой. То, что мы делаем в этот час, более благословенно, чем хлопоты всего последующего дня!»

И он с четырьмя старшими сыновьями, за исключением Иакова, который должен был оставаться с Младенцем, тотчас же вышел в поле и принялся возделывать его.

Старший же сын работал прилежнее всех и хотел превзойти остальных троих.

Но, смотри, когда он в таком большим усердии воткнул в землю лопату, поднял он вдруг из земли очень ядовитую змею!

И змея бросилась на него, и ужалила его в ногу.

И хотя три младших брата быстро прибежали, и убили эту змею, но нога Иоила, несмотря на это, распухла на глазах, и у него закружилась голова, и вскоре он погрузился в смерть.

И Иосиф с тремя младшими братьями запричитали, и взмолились Богу, чтобы Он снова оживил Иоила.

Иосиф же проклял змею и сказал трем сыновьям: «Отныне никогда вовеки ни одна змея не должна ползать по этой земле!

Поднимите же брата и отнесите его домой, ибо, должно быть, так было угодно Господу, что Он взял от меня продолжателя рода!»

И трое братьев плача подняли Иоила, и понесли его домой, а Иосиф разорвал свои одежды, и причитая последовал за ними.

Когда они добрались до дома, испуганная плачем Мария с Младенцем на руках тотчас же вышла к ним навстречу, и Иаков следовал за ней.

И они оба испустили вопль отчаяния, увидев бездыханного Иоила и Иосифа в разорванных одеждах.

И трое жрецов также вышли к ним, и пришли в ужас при виде покойника.

И один из них сказал Иосифу: «Только теперь я полностью поверил, что и ты – всего лишь человек, ибо, если бы ты был богом, разве могло бы случиться, что твой ребенок умер, а ты его тотчас не воскресил бы?!»

Но Младенец сказал: «Вы все заблуждаетесь. Хотя Иоил и без чувств, но он не мертв, а всего лишь спит!

Принесите морского луку* и приложите его к ране, и Иоилу сразу станет лучше!»

И Иаков быстро принес необходимую луковицу, и приложил ее к ране брата,

и тот через несколько мгновений пришел в себя, и спросил всех, что с ним произошло.

И стоявшие вокруг тут же все ему рассказали, и восхвалили, и восславили Бога за это спасение. А трое жрецов прониклись большим уважением к Младенцу, но еще большим – к луку.