В течение нескольких часов все было сожжено. Но никто из гостей, кроме слуг Цирения, ничего не заметил, поскольку так было угодно Господу.

И лишь затем впервые за этот день из дома вышли Тулия, Мароний Пилла и младшие, и старшие начальники вместе с Марией и Иаковом, который вел Младенца.

Мароний Пилла, отличавшийся прекрасным обонянием, немедленно почуял запах гари,

и, подойдя к Иосифу, спросил: «Благородный друг, не чувствуешь ли ты запах сильного пожара?»

Тогда Иосиф повел его за дом и указал на кострище,

и Мароний поинтересовался, что конкретно здесь было предано огню.

Иосиф ответил: «Друг, потому оно и было предано огню, чтобы не бросалось в глаза всему миру.

Цирению все известно, и потому обратись к нему, и он скажет тебе, что здесь произошло, ибо был свидетелем всего!»

И Маронию, а вместе с ним и еще нескольким любопытствующим, пришлось удовольствоваться этим ответом.

Затем Младенец пожелал подойти вместе с Иосифом, Цирением, Ионафаном и Своим Иаковом к костру, который местами еще немного дымился.

И когда они подошли, Младенец трижды обежал это достаточно большое кострище, взял один из полуобгоревших кинжалов, подал его Цирению и сказал:

«Цирений, смотри, ныне побеждены твои враги, и их твердость обращена в пепел!

В Моей руке – последние остатки врага, уже ни на что не годные.

Передаю тебе обломок этого кинжала в знак того, что впредь ты не должен мстить тем, кто был против тебя, – и тем немногим, которые еще остаются твоими противниками!

Ибо таким же непригодным и изъеденным огнем, как этот кинжал, должен быть и весь твой гнев по отношению к тем немногим твоим неприятелям, которые еще остались!

Эти же враги пришли из Тира и хотели истребить тебя здесь.

Но Я ведал день и час, и миг, когда ты окажешься в опасности.

Посему Я повелел буре разыграться этой ночью и в нужное время пригнать с гор хищных зверей,

и повергнуть в страх и ужас этих бунтовщиков, и сделать их беспомощными перед напавшими зверями.

И, смотри, так будет и впредь: могучий огонь из выси придет на кости злодеев и истребит их в прах и пепел!

Господь же трижды обойдет вокруг пожарища мира, и никто не спросит Его: ‘О Господь! Что Ты делаешь?’

И лишь при третьем обходе последний луч Гнева будет отстранен от земли!» –

И все поразились этим словам Младенца, ибо никто не понял их смысла.