Когда Младенцу исполнилось пять лет и несколько недель, пошел Он однажды в субботу к ручейку, протекавшему неподалеку от хутора Иосифа.

День был погожий, и несколько детей отправились вместе с маленьким Иисусом.

Все соседские дети очень любили Его за веселый нрав и умение затевать разные невинные детские игры,

потому и на сей раз последовали за Ним с большой радостью.

И когда все они подошли к ручейку, Младенец спросил детей, разрешается ли играть в субботу,

и те ответили: «На детей до шести лет закон не распространяется, и поскольку никому из нас еще не исполнилось шесть,

мы можем играть также и в субботу, ибо наши родители никогда еще нам этого не запрещали!»

Тогда Младенец Иисус сказал: «Это хорошо! Тогда давайте поиграем!

Но чтобы никому не давать повода для возмущения, Я Один покажу вам нечто необыкновенное.

Вы же все должны при этом вести себя очень тихо!»

Тогда дети уселись на поросшую травой землю и притихли.

Младенец же взял карманный ножичек и на гладко утоптанной дорожке, идущей вдоль берега, вырезал двенадцать маленьких круглых ямок, а затем наполнил их водой из ручейка.

Потом Он взял мягкой глины, которой было много около ручья, и быстро вылепил из нее двенадцать птичек, напоминавших по форме воробьев, и у каждой ямки поместил по воробью.

Когда глиняные воробьи были расставлены, Младенец спросил Своих товарищей по играм, знают ли они, что это означает.

И дети ответили: «Что же еще, кроме того, чем это является? – Двенадцать ямок, полных воды, и рядом – двенадцать глиняных воробьев!»

Младенец же сказал: «Так-то оно так, но этот образ имеет еще одно значение!

Послушайте, Я объясню вам: двенадцать ямок означают двенадцать колен Израилевых.

Чистая вода в них – Слово Божье, Которое повсюду одинаково.

Безжизненные воробьи из глины представляют людей, каковы они сейчас:

они стоят у живой воды Слова Божьего, но будучи слишком земными, подобно этим воробьям, они безжизненно стоят у чаш, наполненных Жизнью,

и не хотят, и не могут заметить этого, ибо мертвы из-за своих грехов.

Поэтому Господь Бог Саваоф придет ныне и, пребывая в величайшем притеснении, оживит этих мертвых людей, и они снова смогут взлететь до небесных облаков!»

Но тут эту детскую игру заметил один иудейский старейшина, проходивший мимо. И поскольку он знал Иосифа, он тотчас поспешил к нему в дом, и поднял шум, что тот оскверняет субботу, разрешая своим детям играть.

И Иосиф вместе с ним сразу же отправился к детям, и тоже расшумелся, конечно, только для виду, ради этого чужака.

Тогда Младенец сказал: «Это и есть великое притеснение, и потому вам, глиняным воробьям, Я даю жизнь! А теперь летите отсюда!»

Тут глиняные воробьи внезапно поднялись и улетели прочь, что повергло всех в изумление и трепет, и старейшина не произнес больше ни слова. Это было первое чудо, сотворенное Младенцем, когда Ему исполнилось пять лет.