Когда завтрак был приготовлен, а все гости проснулись, подошел Иосиф к Цирению и спросил его, готов ли он к утренней трапезе.

И Цирений ответил Иосифу: «О мой благороднейший друг и брат! Я, конечно, готов со всей моей свитой,

но я также знаю, что в твоей кладовой нет такого количества запасов, чтобы на протяжении нескольких дней подряд угощать свыше ста человек.

И потому сегодня утром я пошлю своих слуг в город закупить продуктов для тебя и для себя!»

Услышав это, Иосиф сказал:

«О дорогой друг и брат, конечно, ты можешь закупить продуктов для своего корабля,

но ради меня такой труд будет совершенно излишним.

Смотри: во-первых, завтрак уже готов, а во- вторых, в моих кладовых еще так много запасов, что всем вам не съесть и за восемь дней.

Поэтому не беспокойся за меня, ибо, воистину, я обеспечен наилучшим образом!»

И Цирений воскликнул: «Воистину, воистину, если бы у меня не было иных свидетельств твоего высочайшего призвания, тогда его в полной мере раскрыло бы твое совершенно непостижимое бескорыстие!

Да, именно так можно с уверенностью отличить подлинных Божьих слуг от ложных:

подлинные будут непостижимо бескорыстны, а ложные – как раз наоборот,

ибо подлинные служат Богу в сердце, и в сердце же обретают высочайшую вечную награду,

а ложные служат богу, созданному по их злому образу в мире и ради мира,

и потому они ищут награды мира, и везде и всюду требуют неумеренно огромной платы за каждый свой шаг.

Как урожденному язычнику мне лучше всех известно, какой непомерно высокой платы требуют себе римские жрецы на каждом шагу!

Воистину, мне и самому пришлось однажды заплатить верховному жрецу сто фунтов золота за один совет.

Спрашивается: был ли это настоящий слуга истинного Бога?

Ты же угощаешь меня уже больше трех дней. А какие наставления я получил в твоем доме! – И ты все еще не принимаешь никакого вознаграждения!

Даже за моих восьмерых детей ты не берешь никакой платы! Вот так и выглядят истинные и подлинные слуги Божьи! Мне это совершенно ясно!»

И Иосиф ответил: «Брат, не говори больше об этом, ибо и такие слова – для меня слишком много,

но садись к столу, и завтрак тотчас же подадут!» – Тогда Цирений без промедления исполнил желание Иосифа и сел к столу.