Иосифа же все это полностью устраивало, и он горячо восхвалил Господа Бога в своем сердце за то, что его боязливая тревога приняла такой необычайно счастливый оборот.

Однако его все же немного смущал Мароний Пилла, ибо он до сих пор не знал, что же, собственно, делает здесь этот друг Ирода.

И потому еще по дороге он совсем незаметно приблизился к Цирению, и тихо спросил его:

«Благороднейший друг человечества! Разве этот воин, идущий впереди тебя, не Мароний из Иерусалима?

Если это так, то что этот друг Ирода делает вместе с нами?!

Неужели он что-то проведал обо мне и хочет здесь отыскать, и задержать меня?

О благороднейший друг! Не держи меня дольше в этой страшной неизвестности!»

И Цирений взял руку Иосифа, и точно так же тихо сказал ему:

«О мой дорогой, высокочтимый друг! Тебе не стоит опасаться этого теперь уже бывшего наместника Иерусалима.

Ибо еще сегодня ты лично убедишься, что он имеет гораздо больше оснований бояться тебя, нежели ты – его!

Ибо, смотри, он больше не наместник Иерусалима, но, как ты это видишь ныне, – мой самый настоящий пленник, и не займет снова своей должности, прежде чем полностью не исцелится!

Я же взял его с собой как раз из-за тебя. Ибо, когда я допрашивал его относительно зверств в Палестине,

он утверждал, что лично знает и тебя, и Марию. Но, как это выясняется сейчас, он не знает ни тебя, ни твоей жены Марии!

И нам это как нельзя более кстати.

Он и понятия не имеет, что ты здесь, посему и ты тоже ничем не должен выдать себя!

Ибо он ожидает встретить здесь только мудрейшего мужа, который раскроет ему его сокровенное,

и этот муж – не кто иной, как ты сам! Ибо, как я уже сказал, потому-то я и взял его с собой, чтобы он познал в тебе мудреца и для его же блага поближе познакомился с тобой.

И потому он уже заранее ужасно боится тебя, и, судя по его весьма бледному виду, наверняка догадывается, что ты и есть тот человек, о котором я упоминал!

Исходя из этого немногого, ты можешь пока совершенно успокоиться! Будущее же расставит все по своим местам!»

Когда Иосиф услышал это от Цирения, он очень обрадовался и потихоньку сообщил Марии и старшему сыну, как им следует вести себя по отношению к Маронию, чтобы ничто из плана Цирения не открылось. Таким образом они незаметно дошли до усадьбы, и там, как уже