Когда вся вершина горы была очищена от гадов, Цирений сказал своим слугам:

«Идите в храм и подметите его, и покройте алтарь чистыми тканями, и поставьте на него принесенные из дома съестные припасы!

И тогда мы немного подкрепимся в этом храме, откуда открываются прекрасные виды!»

И слуги Цирения немедленно пошли, и исполнили, что им было приказано.

Когда же все было приготовлено, Цирений пригласил Иосифа и Марию, чтобы они следовали за ним в храм и там немного подкрепились, и освежились.

Иосиф же сказал: «Брат, я говорю тебе, прикажи спешно вынести все из храма, иначе он обрушится раньше, чем ты успеешь спасти свои вещи!

Ибо, смотри, это здание уже слишком старо, ветхо и шатко, и некогда служило жрецам для великих мерзостей!

Ныне же ему не дают обрушиться лишь несколько злых духов.

Если я ступлю в это шаткое здание с моей женой и Младенцем, злые духи немедленно удалятся, и весь храм обрушится на нас, превратившись в дымящиеся обломки!

И потому я прошу тебя, последуй моему совету, и будет тебе благо!»

Цирений от удивления широко открыл глаза, но все же мгновенно последовал совету Иосифа.

И хотя его слуги очень торопились, едва они успели справиться с этим делом, как из храма в бешеном порыве с жужжанием вылетело великое множество черных мух.

Тогда Иосиф крикнул слугам: «Немедленно уходите из храма, иначе вам не поздоровится!»

На этот призыв Иосифа слуги Цирения, как подхваченные ураганным ветром, рванулись из храма.

И стоило им в великой спешке лишь на несколько шагов удалиться оттуда, как храм со страшным грохотом обрушился.

И все ужаснулись, и всплеснули руками. Даже три верных льва при этом убежали, но потом снова вернулись.

И со всех сторон люди принялись спрашивать друг друга, как это произошло. Но никто из язычников – за исключением Цирения – не мог ничего объяснить.

Когда же все понемногу оправились от ужаса, Цирений спросил Иосифа, где бы им найти безопасное место, которое он повелел бы накрыть, чтобы немного подкрепиться.

И Иосиф показал ему совершенно открытое зеленое местечко под горной смоковницей, усеянной цветами и плодами.

И Цирений тотчас же послал туда своих слуг, и приказал расчистить это место, и изысканно накрыть, и разложить всевозможные съестные припасы, взятые с собой.